Главная Власть Мордовские гонители Христа

Мордовские гонители Христа

E-mail Печать PDF

Нападки на Православную Церковь принимают волнообразный характер. То Pussy Riot беснуются в священном для каждого православного человека месте, то либеральная массовка поднимает визг по поводу отстранения от службы священника, выступившего в поддержку бесноватых девиц.

Но, кроме либерального антиправославного фронта есть ещё один. Я бы назвал его националистически-неоязыческим.

Типичный пример представляют собой адепты разделения мордовского народа на две разные этнические группы – эрзю и мокшу.

Дело в том, что мордва – бинарный этнос, включающий два субэтноса – эрзю и мокшу. Их языки и этническое самосознание отличаются, но весь вопрос в том, насколько. Сторонники разделения утверждают, что мокша и эрзя друг друга не понимают. Сторонники идеи единого мордовского народа опровергают эти высказывания, ссылаясь часто на свои семьи, где мирно сосуществуют мокша и эрзя, и каждый говорит на своём языке, и понимают друг друга.

В ответ автономисты кричат, что «мордва» звучит уничижительно. Мол, есть сходство с такими словами, как «татарва», «жидва» и т.д. … Можно согласиться, но только в некоторой степени. Литовцам почему-то «Литва» уничижительным не кажется. А названия мордва, татарва возникли давно, когда и сам русский язык-то был другим. Уж простите за сравнение, но в церковнославянском алфавите буква «х» читается, как «хер». То, что кажется неблагозвучным сегодня, в старину таковым не считалось.

Кроме того, во многих финно-угорских языках слово «мужчина» звучит как «мирьде» (по-эрзянски), «мирьдя» (по-мокшански), «мурт» (по-удмуртски), «морт» (на языке коми). Разве не может экзоэтноним «мордва» быть производным от них?

Фламандский монах-путешественник Гийом Рубрук ещё в XIII в. называл эрзян «мердас».

Последнее слово здесь – за этнографами и языковедами, но, к примеру, экзоэтноним «чеченцы» - русская транслитерация кабардинского «шашан». Помнится, Басаев и Ко упрекал русских за слово «Чечня», и в отместку называл Россию Руснёй. В словах террориста злобы и политики было больше, чем заботы о благе своего народа, но изумляет схожесть претензий, прозвучавших из уст Басаева и сегодняшних национал-автономистов в Мордовии.

Отнюдь не странным образом идею окончательного разделения мордвы на эрзю и мокшу поддерживает эстонская неправительственная организация «Фенно-Угриа» (Fenno-Ugria Asutus) – лоббист интересов Запада на «финно-угорском фронте» России.

Таллинн, в последнее время, вообще взял на себя миссию некоего адвоката финно-угорских народов России в Европе и действует по простой схеме, обкатанной не раз: выбираются морально неадекватные представители финно-угорского националистического движения, опекаются, инструктируются и превращаются в носителей прозападной идеологии в самой финно-угорской среде.

На официальном сайте «Фенно-Угрии» сообщается, что «в результате переворота в 1994 г.» власть в Мордовии удерживают мокшане, коих насчитывается 200 000 человек, большинство – православные. Об эрзянах «Фенно-Угрия» отзывается более благожелательно: численность – более 900 000 чел. , «4-й по численности финно-угорский народ мира после венгров, финнов и эстонцев»… «с самым высоким показателем дисперсности расселения в РФ, что спровоцировало демографическую катастрофу эрзян», «всемирные лидеры по темпам ассимиляции», «религия: национальная эрзянская, номинально православные».

Как раз из эрзян Запад и стремится сформировать национал-оппозиционный фронт, разогревая недовольство эрзян «мокшанской» властью. Мордовия – далеко не Таджикистан, но вспоминается, как во время гражданской войны в этой азиатской республике в 1990-х выясняли отношения кулябцы и памирцы.

Тревожит и то, что автономисты всё более склоняются к язычеству (не зря же «Фенно-Угория» подчёркнуто говорит об эрзянах: «религия – национальная эрзянская», а православие – номинально). В Православии они не видят ни ценности, ни философско-теологических глубин, ни исторической преемственности, несмотря на то, что патриарх Никон (1605-1681) и нынешний Патриарх Всея Руси Кирилл – мордвины (причём последний, вероятно, эрзянин).

На самом деле, язычество для автономистов – лишь яркий маркер, каковым они помечают себя, как отличных от русско-православного мира. Хаотичный поиск точек разъединения, различия и несхожести, желание вырыть непреодолимый ров между собою и русскими, начавшийся с требований не связывать эрзю и мокшу в один народ, а дать им жить автономно, продолжается вполне закономерно – отречением от христианства.

Статейки на эту тему иногда публикует оппозиционная газета автономистов «Эрзянь Мастор» (информационный партнёр «Фенно-Угрии»). В одной из них РПЦ обвиняется в оказании, так сказать, посреднических услуг между Богом и его паствой, в искажённых интерпретациях Божественной воли.

Оставим эти огульные обвинения на совести их авторов, и спросим: «А что предлагаете вы?»

Оказывается, примитивное язычество. Допустим, пусть будет так. Но как же неоязычники собираются проповедовать взыскующим свою истину? На чём она будет основана, если традиции язычества прерваны более 1000 лет назад, если не считать его сохранившихся пережитков? Чем, какими мыслями и истинами будет наполнена эта временная пропасть?

Не иначе, как выдумками и реставрациями самих неоязычников. То есть, они сами будут разрабатывать языческую теологию, выкапывая скудную информацию из Интернета и исторических журналов. Это ли будет метафизическое откровение? Другой вопрос, что эрзянская и мокшанская культура содержит элементы языческих верований, которые, наверняка, тесно переплетены с их бытом и христианством. Но смогут ли эти частично сохранившиеся элементы заменить собою цельное мировоззрение?

Мне кажется, что как раз новоявленные шаманы будут главными передатчиками, интерпретаторами канувшей в Лету языческой традиции. Это ли не искажения, в которых они упрекают РПЦ?

Не переживая вживую языческую веру, не погружаясь в её мировоззренческие модели, современные язычники будут по обрывкам легенд и былин строгать своих идолов и разъяснять народу, как и куда надо кланяться. Словом, жить в лесу, молиться поломанному колесу.

Одним махом тысячелетняя история мордовского народа будет измазана чёрными красками, как негодная и ненужная, ибо связана с Православием. Всё, чего этот народ достиг в церковной жизни за этот период, будет вымарано и выброшено.

Если, на ваш взгляд, за время пребывания мордовского народа в лоне Православной церкви не было создано ничего стоящего в его культуре, тогда откажитесь, отрекитесь от всех тех деятелей мордовской культуры, которые, будучи православными, творили всё это время на благо своего народа. Так же и славянским неоязычникам я предлагаю отречься от Григория Сковороды, Александра Пушкина, Фёдора Достоевского, Алексея Толстого, Митрофана Аксёнова, Антона Чехова и многих сотен иных талантливых имён.

А что взамен? Голословные утверждения, как хорошо всем жилось тысячу лет тому назад, когда не было здесь христианства и искусственное конструирование языческих «литургий».

У язычества нет ни своей теологии, ни своей философии, ни своей этики. Древние греки, например, частенько побивали своих идолов, если вдруг те не помогали им в их проблемах. Они полагали, что богам, как и людям, свойственна зависть, спесь и хитрость. Кто может со 100% уверенностью заявить, что не так было в языческие времена у славян или финно-угров?

Есть только версии, замешанные, преимущественно, на домыслах. Этими домыслами и хотят потчевать автономисты соплеменников-христиан. Где-то у Гитлера, кажется, в «Застольных беседах», есть фраза о том, что в интересах Третьего Рейха не только раздробить русское Православие на кусочки, но и способствовать возникновению языческих верований, чтобы в каждой деревне был свой божок и свой жрец.

Что не устраивает автономистов-антихристиан? Если то, что Православие часто называют русским, так не беда. Ведь русский, на самом деле, имя прилагательное, отвечает на вопрос: «какой?», «чей?». Русский – это не великоросс, а любой житель России. Русский бурят, русский мордвин, русский татарин. В русском уместятся все, кто проживает в России. И при этом, не теряя своего национального облика.

Ассимиляционные процессы, к сожалению, имеют место в Мордовии, но однозначно винить в этом Православие – неумно. Моздокские кабардинцы – православные, но при этом они – кабардинцы. Осетины – православные, но при этом остаются осетинами. Поэтому, вместо того, чтобы нападать на Православие со своих узких, индивидуалистических позиций, язычникам-автономистам лучше бы ратовать за укрепление эрзянской и мокшанской культуры. Не надо лезть в политику и теософию, если вы печётесь о языке. Направьте свою энергию в более конструктивное русло: требуйте финансирования мордовских театров, библиотек, школ, фольклорных ансамблей и т.д. Похоже, что культура для вас – лишь прикрытие, дымовая завеса, за которой вы занимаетесь совсем иными делами.

И пусть даже сегодняшние автономисты-язычники утверждают, что так далеко в своих мыслях они не заходят, и никогда не зайдут, они не могут быть уверены, что, после того, как добьются своих целей, на их место не придёт другая формация национальных атаманов с более радикальными взглядами. Ведь, если будет сказано «А» (не будет мордвы, а будет эрзя и мокша, обособленные до предела), кому-то захочется сказать и «Б», и пойти ещё дальше в своих амбициях.

И не стоит забывать, что именно таким путём раскалывали Русь на Украину и Белоруссию (хотя украинские и белорусские автономисты наивно насмехались над теми, кто был более прозорлив и указывал на будущие геополитические проблемы, которые принесут их деяния), а сербохорватскую общность на сербов и хорватов.

В итоге мы имеем единую смысловую цепочку: требуем разделить мордву надвое, потом требуем для эрзи и мокши отдельные республики со своими государственными символами, потом уже можно будет обзавестись прочими аксессуарами государственности, а затем, с полного одобрения США и присных, требовать откола от РФ, опять же, под предлогом защиты своего этнического самосознания, которое подавляют то великоросской культурой, то Православием, то идеей единого мордовского народа.

И не может не настораживать сходство аргументации, пусть и частичное, между мыслями Гитлера о возрождении язычества в России и надеждами современных язычников на то же самое. Это сходство сродни злобно-агрессивным нападкам на Православие со стороны западных правозащитников и политиков (чего только стоят отчеты по международной религиозной свободе Государственного департамента США) и их единомышленниками в самой России.